Аля осталась одна. Совсем недавно у нее была семья, муж, был и любимый человек. Сегодня у нее не осталось ничего, кроме дочери. Только этот шкодливый, вечно вымазанный в чем-то человечек не давал ей впасть в глухую тоску. А начиналось все достаточно просто и ординарно. Ее десятилетний брак с близким и ставшим ей очень родным человеком дал трещину. Причин было много, когда Аля собралась уходить, она могла продиктовать целый список таких причин. Но сейчас, по прошествии времени, она смогла стать честной перед самой собой и сформулировать причину, развалившую ее брак. Он просто оказался не тем мужчиной, который был нужен ей. Вышла замуж она совсем молоденькой, он был намного старше ее, очень красив, в его поведении было что-то от лихого гусара. Ухаживал красиво до умопомрачения, дарил огромные розы, баловал сластями и фруктами как маленькую. Был для нее «большой и умный». А она – еще ни с кем даже не встречалась, коротенькая первая влюбленность в нежном возрасте – не в счет.

   Аля осталась одна. Совсем недавно у нее была семья, муж, был и любимый человек. Сегодня у нее не осталось ничего, кроме дочери. Только этот шкодливый, вечно вымазанный в чем-то человечек не давал ей впасть в глухую тоску. А начиналось все достаточно просто и ординарно. Ее десятилетний брак с близким и ставшим ей очень родным человеком дал трещину. Причин было много, когда Аля собралась уходить, она могла продиктовать целый список таких причин. Но сейчас, по прошествии времени, она смогла стать честной перед самой собой и сформулировать причину, развалившую ее брак. Он просто оказался не тем мужчиной, который был нужен ей. Вышла замуж она совсем молоденькой, он был намного старше ее, очень красив, в его поведении было что-то от лихого гусара. Ухаживал красиво до умопомрачения, дарил огромные розы, баловал сластями и фруктами как маленькую. Был для нее «большой и умный». А она – еще ни с кем даже не встречалась, коротенькая первая влюбленность в нежном возрасте – не в счет.

Он хотел жениться и носил на руках, а она – ей он очень нравился, очень. А маленькие язычки сомнения по поводу большой разницы в возрасте, разного социального положения – она легко подавила. Жили они вполне благополучно, даже ее близкие, ранее противившиеся этому браку и не верившие в его прочность – признали, что ошибались.

Но отношения постепенно разрушались, они с мужем отдалялись друг от друга, не слышали или не хотели слышать друг друга. Ей было невыносимо грустно так жить, и она боролась, разговаривала с ним, пыталась разжечь хоть искру того интереса, который делает таким острым и чувственным общение двух недавно познакомившихся людей. Когда мурашки по коже от простого прикосновения, когда ликование в груди просто от того, что ты сидишь напротив этого человека и говоришь, говоришь.

  • Глупая, может сказать кто-то, - такое бывает только когда чувства только распускаются. Но Аля видела семейные пары, которым удалось пронести это через всю жизнь. Пусть все будет не таким острым и ярким, как в первое время, но пусть будет! Но она терпела неудачу за неудачей.

  • Не беда, - думала она. Многие так живут, у нас семья, дочь. Можно жить параллельными жизнями – в одной квартире, одной семьей, а мысли и душевные устремления – что же, они могут быть у каждого свои. Не всем удается «разделить жизнь», прожить одну жизнь на двоих. И Аля закапывалась в книжках, смотрела фильмы, ходила в кофейни с подружками, возилась с маленькой дочерью. И отчаянного тосковала…

А потом в ее жизни появился мужчина. Такой, как нужен был ей. Забавно, он был достаточно эгоистичен, природа дала ему мощный интеллект, недюженные способности общения, но – как водится – забрала большую долю чуткости по отношению к окружающим его людям. Хотя природная доброта спасала дело.

В него-то Аля постепенно и влюбилась. И стала радостной, жизнь перестала быть тоскливой и грустной и она решила – пусть впереди неизвестность, пусть ее ждут неудачи, но она хотя бы попытается сделать свою жизнь такой, чтобы мысли о будущем не вызывали в ней глухую тоску. И она ушла, забрав дочь и спортивную сумку с вещами.

Любил ли ее он? Але казалось, что он тоже ее любит, хотя – как это не банально звучит – он был женат. Не очень счастливо, и, как показалось Але, его брак тоже семимильными шагами приближался к концу. Наверное, ей просто очень хотелось в это верить, а потом и он, обнимая ее  такими большими и теплыми руками, говорил о любви и о будущем, ИХ будущем.

И вот теперь все закончился. Его брак сохранился, и теперь, подпертый беременностью жены, обещал жить долго и счастливо. Единственное, что могла сделать Аля – это постараться пережить, перетерпеть боль, пустоту. И потом, они были вдвоем с дочкой, значит, надо было выживать, хотя бы ради нее.

Аля села и написала план того, что она должна сделать. Ей не хотелось ничего, вялость и апатия преследовали ее. Поэтому Аля решила, что один раз она возьмет себя в руки и напишет подробный план того, что надо сделать в ближайшие полгода. А потом будет просто соблюдать все пункты, это проще, чем каждый день заставлять себя решать что-то. План был подробный и включал множество крупных и мелких дел. Например, что когда купить, к какому врачу сводить дочку, какую книгу прочитать, но помимо мелких повседневных дел, там были и более серьезные пункты.

Аля решила, что она непременно должна сделать две вещи:

**_1) Поехать поработать во Францию.

  1. Создать свое собственное дело, которое полностью займет ее на ближайшие годы_**. Аля, зная себя, хорошо понимала, что еще очень нескоро ей захочется с кем-то знакомиться, общаться, строить серьезные отношения.

Обе задачи были сложными, но это было и хорошо, Але требовалось занять голову посильнее.

Когда-то давно Аля была во Франции с родителями. Париж ее просто очаровал, не хотелось идти в музеи и дворцы, хотелось просто бродить по улицам, смотреть на дома, ни о чем не думать. И ей все время хотелось туда вернуться. Сейчас ее ничего не удерживало дома, и она приступила к выполнению задачи.

Прежде всего, пошла на курсы французского разговорного языка. Когда-то она неплохо его знала, учила в Институте, но потом постепенно все забылось. И вот сейчас она не за страх, а за совесть начала активно его восстанавливать. Ее усилия возымели результат, и уже через 4 месяца занятий она устроилась во французскую компанию, занимающуюся косметикой и парфюмерией. Ей очень повезло – конкурс туда был серьезный, место предполагало длительную и серьезную стажировку в головном офисе компании во Франции. Но в этот раз ей улыбнулась удача, и взяли именно ее.

Через несколько месяцев она с дочкой приехала в Париж. Все оказалось очень непросто, снять квартиру было страшно дорого, но в конце концов она отыскала маленькую студию – не дорогую, но вполне удобную для них. Потом возникли проблемы с детским садом, но с помощью ее французского коллеги удалось решить и эту задачу. То, что она привезла с собой дочь, очень удивило французов, она была первой русской, которая на стажировку приехала с ребенком и намеревалась проводить с ним все свое свободное время, вместо того, чтобы развлекаться в красивом, с неподражаемым шармом, городе. Аля боялась в глубине души, что покажется из-за этого пресной и скучной, что ее работодатели посчитают, что ей не хватает блеска, необходимого для человека, работающего в «индустрии красоты». Но ее стали уважать, и потом, когда они, наконец, устроились, было так здорово путешествовать по Парижу. Уже через некоторое время они совсем освоились, облазили все уголки в центре города и чувствовали себя как дома.

Аля все равно продолжала думать о Нем, у Него уже должен был родиться ребенок и, наверное, все было очень хорошо. Ей по-прежнему было страшно грустно, но она изо всех сил гнала предательские мысли «вдруг Он все равно когда-нибудь вернется».

  • Я буду просто любить его, время пройдет, боль перейдет в печаль, я справлюсь, - говорила она себе. И как ни странно, здесь, вдали от дома, среди серых камней старых домов с чугунными решетками и трубами каминов на крышах, ей было легче, словно она уехала от боли, смягчила ее расстоянием.

Как Аля не уставала на работе, она не забыла о второй поставленной перед собой задаче – свое собственное дело. Для ее решения нужно было а) хорошая идея бизнеса, и б) деньги для его «раскрутки». Где взять деньги Аля не представляла совсем, поэтому решила начать с того, для чего требовались только ее мозги и воображение. Когда они бродили с дочкой по улицам, Аля стала изучать маленькие лавочки и букинистические магазинчики, кофейни и аптеки, стараясь придумать что-то интересное. Однажды забрела в антикварный магазин кукол, куклы там были старинные, отреставрированные, в одеждах из потускневших атласа и кружев, истершегося бархата. И ей пришла в голову идея, а что, если шить игрушки – не для детей, для взрослых, которые очень устали от сумасшедшей жизни, бесконечных проблем, требующих их решения. И которым хочется, хоть на несколько минут, почувствовать себя детьми, окунуться в то состояние защищенности, которое было в детстве. Это будут не обычные стандартные игрушки, а уникальные, создаваемые в одном экземпляре. Они будут иметь душу. Ведь все мы в детстве имели свою собственную любимую игрушку, пусть купленную в обычном магазине и похожую на тысячи других. С ней мы разговаривали, укладывали спать, кормили, в нее плакали иногда. Но дети с их воображением могут сделать уникальной даже массовую игрушку, а вот взрослый человек уже не обладает столь непосредственным восприятием мира. Поэтому игрушка для него должна уже быть индивидуальностью, иначе ему не справиться.

Обдумав эту идею, Аля стала собирать необычную материю, пуговицы, искать старые журналы и книги. Париж славится своими букинистическими лотками на набережной Сены. Скоро милую русскую женщину с улыбающейся девочкой знали все букинисты Сены, и помогали ей искать нужные книги.

Первого Зайца Аля сшила своими руками еще в Париже. У него была печальная и очень человеческая мордочка, и весь он был весьма неказистый – но дочке очень понравилось, да и все знакомые, которым она показала игрушку, отнеслись к ней как-то очень серьезно. Хотя французы весьма прагматичны и мало сентиментальны.

Но подошло время возвращаться в Москву, шестимесячная стажировка вполне успешно завершилась и с хорошим аттестатом Аля вернулась в Москву.

С работой было все хорошо, то, чем Аля занималась, было ей интересно, и оплачивалось достаточно хорошо, чтобы Аля с дочерью могли снимать квартиру и нормально жить. Но начать свой бизнес по созданию игрушек на эти деньги было невозможно. Более того, Аля не очень верила, что заинтересовать потенциального инвестора, если такого она вообще найдет, игрушками она вряд ли сможет. Но она продолжала искать интересную материю, фурнитуру, сама делала выкройки и рисовала эскизы. А еще ходила по центру Москвы и играла с самой собой в игру, условия которой были примерно следующие: «если бы у меня были деньги, то где бы я сняла помещение под магазинчик, какой интерьер бы сделала, кто бы помогал мне придумывать и шить кукол и игрушки и т.д., и т.п.».

В результате, Аля продумала в деталях вес устройство своего виртуального бизнеса. И однажды заставила себя сесть и подробно описать все, о чем так много и настойчиво думала. Между тем, коллекция ее игрушек увеличилась, к грустному Зайцу прибавилось еще 4 игрушки, которые нравились и детям, и взрослым, и которых у нее активно просили отдать или купить близкие знакомые.

Но вот дальше дело не шло, найти деньги не удавалось. В банках насмешливо качали головой и не верили в коммерческий успех подобной идеи, хотя игрушки, которые Аля притаскивала в качестве наглядного примера – всем нравились. Однажды начальник кредитного отдела солидного банка, до которого Аля добралась с неимоверными трудностями, очередной раз отказав ей в кредите, попросил продать ей игрушку. Это был Мышь, большой серый, в полосатом костюме и штиблетах с гетрами. Умилительно серьезная усатая морда не оставляла никого равнодушным.

  • Нет, - Аля устала покачала головой.

  • Я заплачу очень хорошо, - настаивал мужчина.

  • Вот видите, вы сами хотите эту игрушку купить, дорого. Почему вы считаете, что другие не захотят?

Аля сопротивлялась уже по инерции, для себя она решила – это последняя ее попытка. В конце концов, шить игрушки она может и для себя и своих друзей – на это дело она уже «подсела». Ее цель – в значительной мере – уже достигнута, она нашла себе то, что ей интересно, что приносит ей, и не только ей, массу положительных эмоций. Наконец, она сама придумала интересную идею, и это помогло вернуть ей интерес к жизни. Она даже нарисовала и начала делать игрушку, удивительно похожую на ее мужчину… А деньги, ну значит не судьба зарабатывать на собственном интересе еще и деньги. Она слишком много стала тратить времени на походы по банкам, на сбор всевозможных документов - дочка оставалась одна, скучала. Да и время ей хотелось тратить на творчество, а не беседы с ограниченными клерками в банке.

  • Ну, значит так и будет, - подвела мысленный итог Аля. И улыбнувшись, протянула Мышь начальнику кредитного отдела.

  • Я вам его дарю, наверное, вам он нужен больше, чем мне.

Он смутился, начал отнекиваться, говорил что-то о деньгах, но потом так по-детски схватил игрушку, что Аля поняла, что не ошиблась.

  • Меня зовут Олег Николаевич, можно просто Олег. Оставьте мне свой телефон, пожалуйста. Я должен вас как-то отблагодарить, я все-таки попытаюсь еще что-то сделать для вас, а не смогу – хотя бы приглашу на чашку кофе.

Аля продиктовала свой телефон и Олег Николаевич, который уже был просто Олег, занес его в свой мобильный телефон.

Прошло время, Аля раздарила готовые игрушки друзьям. Себе она оставила только зайца, который стал неразлучным товарищем дочери и еще одну игрушку. Это была смешная голубая Собака, так похожая на ее все еще любимого мужчину. Ее она не хотела никому отдавать.

И вот однажды раздался телефонный звонок. Это был Олег, он сказал, что с ней хочет познакомиться его хороший друг, ему очень понравился Мышь. Аля согласилась встретиться, она вообще взяла за правило в последнее время не отказываться, когда ее приглашали куда-то сходить, что-то посмотреть и т.д. Она считала, что долгое время вела себя не очень красиво по отношению к друзьям, вечно отказываясь от их приглашений. Но у нее было «разбито сердце», как писали в старинном готическом романе. Так что теперь Аля считала необходимым отдавать друзьям долг за их терпение и понимание, ведь они остались с нею, не бросили в тяжелое для нее время.

Они встретились в маленькой французской кондитерской на Патриарших прудах, Олег с другом и Аля с дочкой. В первый момент чувствовалась некоторая скованность, но Олег сумел настроить разговор, к слову, он совсем был не похож на себя – делового, суховатого, в строгом костюме, каким его запомнила Аля в банке. Он живо рассказывал про маленького сына, который не расставался с Мышом ни на минуту, Алина дочка тоже начала хвастаться своим Зайцем и атмосфера разрядилась.

Друга Олега звали Михаил Александрович, у него была своя строительная компания – но об этом он говорил скупо. Главное было в том, что его действительно заинтересовала идея Али. Он увидел ее Мышь, когда был в гостях у Олега. Он любил возиться с его сыном, и вообще очень серьезно относился к тому, что мальчик ему рассказывал, показывал, ему были интересны все его малышовые дела. Поэтому и появление новой игрушки, ставшей такой любимой с первой минуты – не прошло для него незамеченным. А Мышь заинтересовал и его.

И вопросов у него было много, но большая часть из них была Алей уже тщательно продумана. Прощаясь, Михаил Александрович обещал все хорошенько взвесить.

Он позвонил через неделю, за которую Аля успела уже сто раз отчаяться и снова преисполниться надеждой. Михаил Александрович был готов инвестировать, теперь требовалось все расписать, подготовить документы, все официально оформить. В первый момент Алю смутило то, что создаваемая под ее идею компания должна была иметь двух владельцев – ее и Михаила Александровича, причем на ее долю приходилось всего 25%. А вся организация, менеджмент, творчески вопросы ложились на нее. Его же участие, по сути дела, ограничивалось вложением денег и юридической поддержкой открываемого предприятия. Но потом Аля подумала, что это ее единственный шанс осуществить свою мечту, и согласилась.

Открытие собственного дела требовало очень много времени, поэтому Аля, поколебавшись, все же рискнула уйти с работы, что совсем не понравилось ее работадателям, тем более не прошло и года, как она вернулась со стажировки. Но другого выхода не было.

Итак, Аля нашла помещение под небольшой магазинчик, в самом центре старой Москвы. Оформила его с помощью дизайнера. Еще будучи в Париже, она нашла антикварную книгу с интерьером старого игрушечного магазина, довольно простым, но необычным для сегодняшнего времени. Ей пришлось проявлять чудеса изобретательности, чтобы затраты были не слишком высоки.

Но самое сложное было найти людей, которые станут придумывать и делать игрушки. У Али накопилась уже целая папка эскизов будущих игрушек, но ведь эскизы еще нужно превратить в готовую игрушку. И делать это должен человек неравнодушный, оставшийся в душе ребенком, только тогда игрушки выйдут живыми, «с душой». Але повезло, она нашла двух девушек – одну студентку, которая училась на конструктора игрушек, а другая – работала на одной из игрушечных фабрик. Обе просто загорелись Алиной идеей.

Еще была возня с рекламой, Михаил Александрович настаивал на том, чтобы была сделана реклама. Аля была согласна, что реклама нужна, самое сложное было в том, чтобы придумать эту рекламу. Ведь предлагаемый продукт был «не для всех».

После долгих сомнений рекламные буклетики разложили в кофейни – Аля сама выбирала те кофейни и ресторанчики, которые, по ее мнению, подходили потенциальным хозяевам ее зверушек и кукол. Была сделана реклама в глянцевых изданиях по интерьерам – это уже была идея Михаила Александровича. И еще – некоторое количество ее игрушек было отдано небольшим магазинам типа «Брюссельские штучки», «Дамские штучки», потому, что они легко вписывались в ассортимент этих неплохо посещаемых магазинов.

И, наконец, магазин открылся. Даже железный Михаил Александрович слегка нервничал. Правда, Аля уже некоторое время назад начала подозревать, что «ничто человеческое ему не чуждо». То, что когда-то он выбрал для встречи французскую кондитерскую, и еще много мелких деталей подтверждали Алину догадку. Но он держался всегда очень официально, всячески подчеркивал, что их связывают исключительно деловые отношения, очень скрупулезно вел денежные дела. Даже называла его Аля по имени – отчеству, хотя он был всего лет на 5 старше ее. И Алю это устраивало, она начала ценить душевное спокойствие очень высоко. Тот разрыв, происшедший почти 2 года назад был тяжелым, и напугал Алю надолго.

А потом потянулись дни и недели ожиданий, нервотрепки, иногда паники. Получится или нет, может то, что взрослые люди тоже хотят иметь игрушки, Аля просто выдумала?

Не выдумала, это стало ясно, когда игрушки стали покупать, и стали показывать своим знакомым, и знакомые тоже шли в магазин. Сначала немало постарался Михаил Александрович, имея огромный круг близких и дальних знакомых, он кому-то показал, кому-то рассказал, где-то просто упомянул об этих игрушках. Но все равно, если бы они так не задевали людей заживо, ничего бы не получилось.

Аля уже строила дальнейшие планы, искала, что еще интересного можно было бы предложить в ее магазинчике, чтобы не нарушать его общий настрой. Стало ясно, что вторая задача из ее давнего плана выполнена.

И все бы хорошо, но почему-то на Алю навалилась усталость, вроде все так удачно, получилось то, на что она даже не надеялась. Но когда огромное напряжение сначала из-за освоения чужой страны с чужим языком, а потом из-за создания собственного бизнеса спало, вылезло то, что Аля запихивала в самый дальний уголок своего сознания. Ей отчаянно хотелось увидеть своего мужчину, убедиться, что все у него хорошо, растет ребенок, он с женой счастлив. Ей казалось, что его счастье как-то окупит ее несчастье, что она не так просто мучилась. И это позволит ей начать новую жизнь, тем более Михаил Александрович все чаще заезжал в ее магазин, и далеко не всегда устремлялся смотреть финансовые документы. А еще высказал «абсолютно деловое предложение» съездить втроем – он, Аля, ее дочка - во Францию, чтобы еще раз посмотреть все те лавочки, на которые все время ссылалась Аля, посетить музеи игрушек и т.д. Дочка очень радовалась, а Аля воспринимала это настороженно. Но Михаил Александрович настаивал и она обещала подумать.

Решившись, Аля позвонила своему мужчине – любимому, бывшему любимому – в общем, Ему. Он обрадовался, услышав ее голос - она тогда внезапно пропала, ее было трудно найти. Аля поделилась своими успехами, сказала, что хочет встретиться и подарить ему одну из своих игрушек. Она уже решила, что подарит ту голубую Собаку, похожую на него. Он сразу согласился.

Они встретились в кофейне, которую когда-то называли своей. Она им нравилась обоим, они вообще были похожи. Аля вглядывалась в его такое некогда любимое лицо, пыталась понять, спокоен ли он, доволен. Не поняла, стала спрашивать. У него все было нормально, с женой – как у всех, ребенка любит, ее видеть «очень рад».

Аля даже не знала, как реагировать, она не была готова. Почему-то она надеялась увидеть его очень счастливым. Пусть это детство – но ей казалось, что женщина, его жена, которая выиграла его тогда в их споре, должна быть очень счастлива сама и сделать его таким же счастливым. Просто Аля мерила все по себе.

Еще она думала, хотя искренне не хотела, чтобы это оказалось правдой – что могло сложиться и так, что они все равно расстались. Ну не смог он, например, несмотря ни на что, забыть ее, Алю. А вот к «нормально», она не была готова. Может быть, еще и потому, что он тоже стал какой-то уже очень «нормальный», а раньше фонтанировал идеями, энергией, чувствами – у него было очень непосредственное и неравнодушное отношение к жизни А теперь нет?

Аля вытащила голубую Собаку, что он скажет, как прореагирует? А никак!

- Спасибо, симпатичная, - сказал он и задал какой-то очередной вопрос про алину жизнь.

- Кто-то из нас изменился, - подумала Аля, - мы стали разными, а может быть, и были. И, на самом деле, никогда бы не смогли «разделить жизнь».

Она быстро попрощалась, увидев удивление в его глазах, и побежала домой, к дочери. Только один раз остановилась и кинула коротенькую смс-ку Михаилу Александровичу «Едем». Все в ее жизни было замечательно.

Аля