Понедельник Выражаясь языком моего пятилетнего соседа Антошки, неделя началась «зыкинско». Во-первых, Михаил меня сегодня утром безбожно баловал: встал пораньше и сварил кофе, был щедр на комплименты, целовал в пяточки и отнес в ванную на руках. Во-вторых, я не получила запланированный и вполне заслуженный нагоняй от руководства за то, что не заключила вовремя договор. В-третьих, из отпуска на работу вышел мой любимчик Сашок, который в качестве компенсации за двухнедельное безделье заключил договор (тот самый, за который я не получила нагоняй).

   Понедельник Выражаясь языком моего пятилетнего соседа Антошки, неделя началась «зыкинско». Во-первых, Михаил меня сегодня утром безбожно баловал: встал пораньше и сварил кофе, был щедр на комплименты, целовал в пяточки и отнес в ванную на руках. Во-вторых, я не получила запланированный и вполне заслуженный нагоняй от руководства за то, что не заключила вовремя договор. В-третьих, из отпуска на работу вышел мой любимчик Сашок, который в качестве компенсации за двухнедельное безделье заключил договор (тот самый, за который я не получила нагоняй).

Параллельно Сашок снабдил наших девчонок интересными, но абсолютно бесполезными сведениями о Кипре, где он провел свой отпуск, и киприотках, с которыми он его провел; представил подробнейший фотоотчет, и угостил всех вкуснейшим рахат-лукумом, привезенным с курорта. А когда он обнаружил пропавший с его стола дырокол на моем рабочем месте, то сказал, что за кражи на Кипре отрубают руку.

В-четвертых, я сегодня узнала, что соседи сверху благополучно переезжают в другой район. Ура! Больше не будет ежевечерних скрипичных пыток: семилетний Виталик начнет мучить свой музыкальный инструмент где-нибудь в Чертаново, или Бутово, или ещё где, но не у меня над головой. Какое счастье! Будущие соседи семьи Виталика – примите мои соболезнования.
Словом, я вполне довольна жизнью.

Вторник

Нет, всё-таки мы с Мишкой – существа с разных планет. Умудрились поссориться из-за супа. Объясняю: у него проблемы с желудком, а я не умею готовить без специй. В результате сварила вкуснейший суп, припорошенный щепоткой сушеных травок, а он сказал, что этот суп – отрава для его желудка, есть его он не будет и вообще ему нечем ужинать. Я выслушала его аргументы, сказанные сухим официальным тоном с вкраплениями повизгиваний, подумала над этим и решила извиниться. Ну да, я была не права: знала, что врачи запретили ему всё острое, солёное и помидоры, но всё равно добавила приправки в суп.

Но, во-первых, он не строго соблюдает диету, а во-вторых, без приправок этот диетический суп не полез бы в глотку, и я опять была бы виновата. Короче, несмотря ни на что, я попросила прощения. Причем в основе моего извинения лежало искреннее раскаяние, но Миша любую мою попытку попросить прощения рассматривает как признание своей вины и полную капитуляцию.

  • Ты бы мне еще помидоры с кетчупом приготовила, а в качестве запивона – томатный сок, - ворчал он, готовя себе омлетик, предварительно отказавшись от моих любезно предложенных приторно-вежливым тоном услуг взбить яйца.

  • Спасибо, не надо, - сказал Миша, - я сам, а то ты опять пересолишь, переперчишь и помидорками обложишь.

«Ну и пожалуйста!» - подумала я и ушла, надувшись, смотреть сериал. Нет, он меня ещё и пилит, неблагодарный эгоист! Я же извинилась, что ещё? Поцеловал бы меня в ответ, и мы бы помирились. Так нет же!

Позже оказалось, что второй раунд войны полов впереди.

Ближе к вечеру мне припомнили все мои грехи за все годы наших отношений, причем смешанные в одну кучу, логически не связанные и никак не относящиеся к данной конкретной ссоре. Половину обвинений в свой адрес я даже отбить не смогла, потому как напрочь забыла, по каким таким уважительным причинам я когда-то так поступала.

- Ты ничего не помнишь! – Генерировал новые обвинения мой добрый друг.

- Да всё, что надо, я помню, а старые обиды я не коллекционирую, в отличие от некоторых, - шипела я в ответ.

- Слишком выборочная у тебя память: забывает все твои косяки.

- У меня отличная память! Последнее, что я помню, - акушер больно сжимает мне голову щипцами…

В общем, спать мы легли опять на разных диванах, страшно недовольные друг другом, предварительно вместо «спокойной ночи» обвинив друг друга в эгоизме.

Среда

Проснулась с больной головой. В момент наших с Мишей ссор у меня почему-то обостряются все мои болячки. Ничто меня не радует, настроение на нуле. Ждать Мишку не стала и, обиженная, уехала на работу первая.
На работе стало ещё хуже, даже Сашок со своим Кипром начинает меня раздражать. И уберите этот рахат-лукум, ради Бога, меня уже мутит от вида этой сахарно-мягкой субстанции…

Четверг

Этот день войдёт в десятку моих самых бесполезных дней. Все результаты – по нулям. С Мишкой не помирились – и это самый жирный ноль. Я бы сказала «минус один»…

Пятница

Помирились. На этот процесс ушли все мои силы. Не осталось даже на дневник. В двух словах: он извинился, признал, что поступил эгоистично, слёзно попросил прощения, признался в любви, подарил жёлтую розочку. Я гордо приняла его извинения и цветочек. Прочитала лекцию, немножко поломалась и сдалась…
Э-э-эх! Дрессировать надо этих мужиков! А то у них какое-то инопланетное понятие о том, как надо относиться к любимой женщине.

Суббота

По многочисленным просьбам моей мамы, весной и летом обычно проживающей в дачном поселке «Соловушка», мы с Мишей решили перевезти на дачу старый диван. Собственно, по возрастному критерию диван был не таким уж старым и чисто теоретически свои мебельные обязанности мог выполнять вполне исправно, но после того как у нас погостила тетя Лида со своей милой пуделихой Тефтелькой, распознавшей в диване четвероногого друга и жениха, был выселен на лестничную клетку по причине профнепригодности.

Дело в том, что Тефтелька долго завлекала его всяческими собачьими штучками: каталась перед ним на животе, стояла на задних лапках, жалобно скулила, призывно потявкивала (в общем, демонстрировала полное отсутствие гордости), но, не дождавшись взаимности, мстительно и беспощадно описала диван со всех сторон. С тех пор прошло уже более полугода, запах давно выветрился, но диван больше ни разу не познал ощущения на себе чьей-то пятой точки.

Выехали мы часов в десять. Достаточно рано по меркам выходного дня, но достаточно поздно, чтобы проскочить без пробок. Со скоростью контуженой черепахи тащились мы по МКАДу с накрепко привязанным к багажнику диваном, лестницей, швабрами и ещё какими-то палками, которые очень ценятся на даче как черенки для лопат. И тут случилось страшное.

С нами поравнялась чистенькая иномарочка цвета мокрого асфальта, стекло водителя медленно опустилось, и я увидела моего бывшего парня Пашку. Точнее, я увидела шикарного загорелого красавца в модных черных очках и белоснежной легкой рубашке. Когда мы встречались (а встречались мы лет пять назад и наш роман длился три бесконечных месяца) он был… немного позадрипанней что ли, а тут расцвел – глаз не отвести.

- Привет! – Радостно прокричал он мне, пока я, смущенная и растерянная, судорожно крутила ручку механического стеклоподъемника, опуская стекло. – А я смотрю: Ольга - не Ольга?!

Да уж, неудивительно, Павел Юрьич, что ты меня не узнал: ты ж никогда не видел меня такой сонной, без макияжа, в старой застиранной кофте неопределенного цвета, после получасовой погрузки тяжеленного дивана.

- Привет, - любезно выдавила я, проклиная эту пробку.

- Куда едете? – Спросил Пашка, как будто можно ещё куда-то, кроме дачи, ехать с прикрученным к багажнику хоз. инвентарем.

- На дачу, - вежливо продолжила я идиотский диалог, - кстати, познакомьтесь: это Павел, это Михаил.

- Привет, руку жать не буду - не дотянусь, - радостно кивнул Мишка из-за руля и махнул рукой, продемонстрировав дырку подмышкой на несвежей футболке.

- Приятно познакомиться! – Пашка лучезарно улыбнулся Мише и, кивнув мне, спросил: - это твой муж?

- Почти, - кокетливо ответила я, ненавидя себя за неуместное кокетство и его (Павла) за бестактность.

Тут Бог услышал мои молитвы, и полоса Павла начала активно двигаться, в отличие от нашей, намертво замершей в одной точке. Паша смазано попрощался и рванул вперед, навстречу скорости, ветру и какой-нибудь красотке, которая никогда не надевает старые застиранные кофты, не носит бигуди, и просыпается каждое утро при полной экипировке, накрашенная и со свежим маникюром.

Я задумчиво разглядывала свои обломанные ногти.

- Кто это? – Спросил Мишка, сосредоточенно перестраиваясь в ряд Павла.

- Одноклассник, - себе под нос пробормотала я.

- Кто? – Не расслышал Мишка.

- Никто, - вздохнула я и погладила его по щеке. – Как приедем – не забудь сменить футболку. А эту отдай мне – я зашью.

- Хорошо, моя сладкая рукодельница, - мяукнул мой Котеночек и потянулся меня поцеловать.

- Рули давай, - наигранно сердито сказала я, поощрительно чмокнула его в щёку и подумала: «Ну какой, на хрен, Пашка, когда тут такая семейная идиллия?».

Воскресенье

Всё отлично. Боюсь сглазить. Сегодня ходили на шашлыки с друзьями. Всё-таки мой Мишка – самый лучший. В любой компании он автоматически становится центром внимания, а дети виснут на нем гроздьями. Даже домашние животные через минуту обнюхивания доверительно позволяют себя погладить или подставляют ему свои пузики для почесона. В общем, волшебный у меня какой-то друг.

Вечером, уже засыпая, сказала Мишке, что он – самый лучший и что я его люблю. Он у меня вообще не равнодушен к комплиментам, а я его ими не балую. Надо будет исправиться… «И я тебя люблю, малыш», - благодарно шепнул сонный Мишка и сладко зевнул мне в ухо.

Мораль:

Мы выбираем себе партнёра по жизни. Мы приписываем ему качества идеального мужчины и ждем от него соответствия этим придуманным стандартам. А когда наши ожидания разбиваются о реальность (брошенные посреди комнаты грязные носки, храп, ну или не так сваренный суп), мы начинаем сомневаться: не ошиблись ли с выбором? Ведь всегда есть кто-то красивее, кто-то богаче, кто-то добрее, кто-то успешнее. Нужно понять: ваш выбор – самый лучший и самый достойный. Потому что он – ваш.

ОСА

продолжение следует