Фирменная пудреница (глава девятая)

Ловля на “живца” Двое суток прошли без особых эксцессов: никто на мою драгоценную жизнь не покушался, никаких подозрительных незнакомцев поблизости не околачивалось. Правда, Виталий от меня не отходил ни на шаг, как только я оказывалась за пределами дома. Но и ему - с достаточно наметанным глазом - не к чему было прицепиться. Ловля на “живца” Двое суток прошли без особых эксцессов: никто на мою драгоценную жизнь не покушался, никаких подозрительных незнакомцев поблизости не околачивалось. Правда, Виталий от меня не отходил ни на шаг, как только я оказывалась за пределами дома. Но и ему - с достаточно наметанным глазом - не к чему было прицепиться. Вот только встречи с Асей я никак не могла добиться. Моя подруга или не подходила к телефону ( при том, что у нее аппарат с определителем номера, это большого труда не составляло), или ее супруг сухим тоном информировал меня, что “Анастасии нет дома и неизвестно, когда вернется”. Что ж, может, и не врал, хотя сам характер Асиной работы предполагал сидение за домашним компьютером. А еще из Парижа позвонил Анри. И подтвердил свой приезд через две недели: чтобы я была готова приступить к новой работе. Морально я была почти готова: в конце концов никто не помешает мне вернуться обратно в научно-исследовательский институт, если что-то не задастся. Но... Но было в общем-то страшно бросать привычную и где-то даже любимую работу - пусть никому не нужную и низкооплачиваемую! - и очертя голову бросаться в совершенно новую для меня сферу. Частная фирма по распространению косметики и парфюмерии - не угодно ли? И вряд ли Анри обрадуется, если я начну объяснять ему про необходимость постоянно находиться в поле зрения милиции. Его заместитель - на “мушке” у неизвестных мафиози! Кому нужен такой работник? К тому же встречи с Анри могли быть и не чисто деловыми, а у меня в пудренице - микрофон. А без пудреницы ходить Володя не велел. Интересное получается кино. Муж, проникнувшись идеей новой работы для меня, постоянно возвращался к этой теме, чем тоже сыпал соль на рану. Парфюмерия, по его представлению, занятие сугубо женское, да и не в этом дело, а в том, что это даст мне возможность посмотреть мир, пока на нас - тьфу, тьфу, тьфу! - снова не опустили какой-нибудь железный занавес. Ну и заработок, разумеется... Если бы я знал хоть один иностранный язык, - сокрушался супруг, - я бы любое подобное предложение принял, не задумываясь. А с моим хилым английским я никому не нужен, ни здесь, ни там. Хотя вроде бы океанология - все-таки достаточно полезная наука, в отличие от твоей арабистики. Не обижайся, конечно, но если бы ты имела возможность пожить в этих самых арабских странах, поработать в тамошних библиотеках, музеях - тогда, конечно... А так, сидеть в Москве и засыхать над научными книгами... Я хоть свет увидел в наших экспедициях, а ты в кой веки раз выбралась в Европу - и тут же вляпалась в очередное отечественное дерьмо. Повезло, ничего не скажешь! В общем-то муж был прав, и мне тем более хотелось “выляпаться” из этой дурацкой ситуации и начать совершенно новую жизнь. Но для этого нужно было хотя бы знать, с кем или с чем имеешь дело. Виталий предложил мне на выбор несколько гипотез. Первое: мафия. Никто ее не видел, но все знают, что она есть. Бороться с ней сугубо бессмысленно, тем не менее, все борются или по крайней мере делают вид. Дергаться тут глупо, нужно расслабиться и постараться получить удовольствие. Второе: конкуренты Аси или, что более вероятно, ее мужа. Это уже что-то конкретно осязаемое. Нужно выяснить, за чем они охотятся и чего хотят, в частности от меня. Можно бороться и можно даже победить... если, конечно, не делать глупостей и не проявлять ненужной инициативы. Для того есть Володя Пронин, он же патрон. Третье: недоразумение. В эту версию укладывается все, кроме нападения на машину. Но и тут может быть обыкновенный, вполне распространенный нынче бандитизм на большой дороге возле международного аэропорта. Багаж у приезжающих бывает разный. А микрофон в пудреницу мне, значит, в Париже вмонтировали? - возмутилась я. - Это же ни в какую схему не влезает! То-то и оно, - согласился Виталий. - Пудреница не влезает. Но это даже интересно. Очень интересно! Вынужденное безделье начало сказываться на моих нервах: уж лучше бы опять хоть что-то произошло. Да и мужа постоянное присутствие “кузена из провинции” начинало, похоже, раздражать. На третий день позвонил Володя и попросил Виталия на несколько часов приехать в “контору”: одно дело требовало обязательного присутствия там всех сотрудников. С меня же была взята торжественная клятва из дома не выходить и на мелкие провокации не поддаваться. В принципе, я человек слова. И, поклявшись, обещаний не нарушаю. Посему взяла одну из своих любимых книг и устроилась на тахте. По секрету скажу: читала “Анжелику”. И похождения лихой маркизы так меня увлекли, что я просто подпрыгнула, когда зазвонил телефон. Лена? Лена, приезжай немедленно ко мне... Пожалуйста... Мне... мне страшно! Ты мне нужна. Кто это? - перепугалась я. Да Ася же, Ася! Приезжай, пожалуйста, ко мне. Немедленно! И короткие гудки в телефонной трубке. Все клятвы, обещания и наставления Володи и Виталия, как в каких случаях надлежит поступать, тут же вылетели у меня из головы. Я схватила сумку и пулей вылетела из квартиры, соображая на ходу, как быстрее добраться до Аськи. Я-то живу в Новых Черемушках, а она - на Кутузовском проспекте. Меньше часа на дорогу никак не получалось, даже если все пересадки делать бегом. На такси денег, разумеется, не было. И тут возле меня затормозила машина. Черная такая официальная “Волга” в меру потрепанная. А из машины меня окликнул довольно-таки приятный мужской голос: Елена Сергеевна! А я за вами. Куда поедем? Каким образом мне пришло в голову, что это - милицейская машина, убейте, не понимаю. Но - пришло. Возможно, я просто жутко беспокоилась за Аську, и поэтому все остальное для меня не имело ровно никакого значения. И плюхнулась на переднее сидение и успела только спросить: У вас есть телефон или рация? В этот момент что-то вязкое и мокрое залепило мне нижнюю часть лица. Я скомандовала себе: “Не дышать!” и тут же глубоко вдохнула омерзительный запах этой тряпки. Дальше, как говорится, тишина. Очнулась я на диване в крохотной комнате. Из окна, к которому с трудом, на ватных ногах добралась, открывался замечательный пейзаж: поле и густой лес вдалеке. Вся эта панорама расстилалась далеко внизу: судя по всему, меня поместили этаже эдак на тридцатом. Выяснять я не стала - как уже говорила, панически боюсь высоты. Дверь, разумеется, была заперта и выламывать ее я пока не собиралась. Помимо дивана в комнате были еще журнальный столик и пара кресел. Все - далеко не новое и не модное, хотя стены просто сияли свеженькими обоями. И вообще помещение производило впечатление новостройки. Господи, куда это меня занесло? Постепенно я восстановила в памяти - не без труда, замечу! - минувшие события и жутко расстроилась. Во-первых, я опять повела себя, как последняя кретинка и на сей раз вляпалась во что-то куда более серьезное, чем все предыдущие приключения. А во-вторых, оставила без помощи Аську, которая теперь, наверное, не знает, что и думать. Если еще способна думать... А если это звонила не она? - вдруг произнесла я в полный голос ошарашившую меня мысль. - А если меня просто как неполноценную выманили из квартиры? Вот тут вы совершенно правы, Елена Сергеевна, - раздался голос от двери. Я так и подскочила. Галлюцинации у меня начались, что ли? Оказалось, не начались. Просто дверь бесшумно открылась и теперь на пороге стоял человек, внешность которого мне была смутно знакома. Где я могла видеть этого типа? Господи, где, где? В самолете, вот где! А потом - возле машины, когда он дрался с моим мужем. Точнее, пытался драться. При мысли о муже у меня неприятно заныло под ложечкой. Его я боялась больше, чем всех бандитов вместе взятых. Эти, что - убьют, и ладушки. А тот будет читать нотации, зудеть, воспитывать, ехидничать - месяцами. Кошмарнее этой перспективы я себе и представить ничего не могла. Тип между тем принял выражение ужаса на моем лице на свой счет и остался этим крайне доволен. Закрыл за собой дверь, присел в одно из кресел и закурил. Жестом пригласил и меня сделать то же самое. Как теперь принято говорить, при всем богатстве выбора другой альтернативы у меня просто не было. Повторяю, вы абсолютно правы. Звонила вам, разумеется, не ваша приятельница, но подделка оказалась достаточно убедительной. А уж то, что вы сами, без принуждения, сели в нашу машину, - просто подарок судьбы. Вы всегда ведете себя так очаровательно раскованно? Или это еще не прошел заграничный угар? Да, я очень непосредственна, - согласилась я. - Потом еще помню, что именно на черных “Волгах” можно было дешевле всего проехать, если уж приходилось ловить “левака”. Я ведь человек небогатый, как вам известно, так что бояться не привыкла. Ну уж и небогатый! Информация, Елена Сергеевна - это большие деньги, если умело ею распорядиться. Вы же на своем капитале просто-напросто сидите. Или, точнее, лежите. Как собака на сене. А без хамства нельзя? - привычно огрызнулась я. - Вы, кстати, не представились и получается, что мы знакомы как-то односторонне. Вы меня знаете - я вас нет. Более того, вы обо мне знаете что-то такое, чего я сама не знаю... Ну-ну, не кокетничайте. Скорее, мы знаем о вас нечто такое, чего не знает никто, в том числе, ваш собственный муж. Но может узнать. А если желаете познакомиться - извольте. Зовите меня... ну, хоть Полиграфом Полиграфовичем. Издевается, зараза такая! Лучше уж господином Шариковым, если вам так близок этот персонаж. Товарищем называть не могу - увольте. И не надо, и не зовите. Мне ведь все равно, как вы ко мне будете обращаться. Только расскажите мне то, о чем я вас попрошу - и разойдемся, как в море корабли. Без претензий. Пардон, - нахально сказала я, - тут вы что-то такое лепетали насчет стоимости информации. Так что позвольте вас спросить: сколько? Что сколько, - не понял он. Сколько вы мне заплатите за информацию? Мой собеседник просто расцвел от восторга. Голубушка вы моя, да оглянитесь вокруг! Мы с вами не в вашем офисе и даже не в ресторане интимно беседуем. Какие деньги, Христос с вами! Цена вашей информации - свобода. Или... сидите тут, пока не надоест. Искать будут, - честно предупредила я. Не найдут, родная. Не в первый раз. А в туалет? Проводят, мы же не звери. Вот только кушать не дадим, извините. Водички попьете, лишние шлаки из организма выведете. Вас устраивает? Умру голодной смертью, - бодро отозвалась я. - Мне ведь действительно нечего вам рассказать, понимаете, какая накладка. Кушать захотите - сразу память улучшится. Посидите, подумайте. Надумаете - попудрите носик. При чем тут носик? - возмутилась я, надеюсь, вполне естественно. - В квартире-то вообще есть кто-нибудь? А то выломаю дверь. Ничего, она крепкая. Постучите в случае чего. А за сим - желаю всего самого-самого. И ушел. Не знаю, почему, но по-настоящему страшно мне не было. Хотя вообще-то я трусиха патологическая, но, если честно, побаивалась только физических пыток. Я себя знаю: при первом же прикосновении ко мне чего-нибудь раскаленного, ледяного или просто острого я продам все. Даже Родину, хотя, по-моему, это уже сделали до меня. И как это героям детективов удается выбраться из подобных ситуаций? Можно, конечно, сплести веревку из простыней и спуститься из окна. Беда в том, что простыней мне почему-то не дали, равно как и одеяла с подушкой. Да и высоковато... Может, заманить в комнату охранника, соблазнить его, оглушить, связать и выбраться из квартиры? Чем оглушить и чем связать? Отпадает. Можно позвонить по телефону и попросить о помощи. Как, интересно, я до него доберусь? Ох, лучше бы осталась с Анри в Париже... Я на время оставила идею о побеге и начала прикидывать, где это я нахожусь. Судя по всему, на самой окраине Москвы или где-нибудь в пригороде. Не потащили же они меня за тридевять земель в тридесятое царство? Скорее - окраина, в Подмосковье таких высоких домов пока еще не строят. Солнце клонится к лесу, значит, за спиной у меня, там, где, теоретически, находится Москва - восток. Железная дорога возле леса проходит - вон, электричка побежала. Куда же эти мерзавцы меня затащили? По своей давней дурацкой привычке размышляла я вслух. Поэтому не очень удивилась, когда дверь снова открылась и появился давешний мой собеседник. Пудреница функционировала исправно. Гадаете, где оказались? Могу сказать, невелика тайна. В Солнцево вы, пытливая моя. Полегчало? - Вы даже не представляете, насколько, - бодро сказала я. - Только Солнцево большое. Где именно? Ну, это уже лишнее, - поморщился он. - Впрочем, скажу, если поделитесь своими секретами. А то я уже часа три сижу тут без толку... Сидите с толком, - пожала я плечами. - Часа три, говорите? Ну, так недолго осталось. Это почему? - поразился он моей беспардонной наглости. Увидите, - сделала я загадочное лицо, хотя основания для блефа были у меня мизерные. Но на что-то я подсознательно надеялась. Не помирать же, в самом деле, голодной смертью... Я прилегла на диван и, наверное, задремала. Очнулась от жуткого звона и грохота. В комнате было сумрачно, а за ее пределами творилось нечто невообразимое. Похоже, шел крупный мордобой с применением мебели и других подручных средств. Наконец, дверь моего узилища распахнулась и появился... Володя! Красный, встрепанный, но веселый. За ним маячили фигуры Виталия и еще кого-то. Как ты меня нашел? - изумилась я. По запаху, - хохотнул он. - Пошевели мозгами, дорогая, вспомни нашу последнюю встречу. Да-да, пудреница, хотя серьги, конечно, были бы удобнее... Так вы с самого начала знали, где я? Извини, не с самого, но догадались довольно быстро. А потом уже отправились тебя выручать. По дороге слушали твои бесподобные диалоги с этим типом - пригодится. Но фигура, похоже, не из главных - так, среднее звено. Ничего, через него и на других выйдем, не впервой. А я, оказывается, была приманкой? Как же ты мог, Пронин? Сама напросилась, - последовал резонный ответ. - Тебе было сказано: сиди дома. Ты не послушалась, а я же еще и виноват. Возразить мне было нечего. продолжение следует...