Это не само будущее. И не настоящее. Это портал — зона перехода для тех, кто не может сделать окончательный выбор между книгой и компьютером.

Электронные книги — это лишь вопрос формы: читаете вы с листа или с планшета, не так уж важно. Гораздо важнее, как вы привыкли воспринимать и фиксировать информацию — словами или картинками. Основной конфликт отцов и детей в наше время — это конфликт вербального и визуального восприятия. Графический роман — это компромисс... Готовы ли вы к нему?

Комикс или новый жанр

Рассказы в картинках, комиксы, уже пытались вытеснить печатную литературу. Первый их расцвет пришелся на эпоху становления телевидения — 30-60-е годы в США. Тогда тоже казалось, что старая «книжная» культура вытесняется новой — визуальной. В 60-е на сцену вышел Марвелл со своим Человеком-пауком — и всем на минуточку показалось, что комиксы победили литературу, но… Но СССР остался самой читающей страной в мире, а к комиксам относился брезгливо. А в США Человека-паука быстро переманили на экран — и компромисс, как это часто бывает, обернулся поглощением.

Поэтому сейчас, когда снова — на гораздо более высоком уровне — назрел конфликт между «вербалами» и «визуалами», издатели не рискнули предложить широкой публике комикс. Они сделали реверанс в сторону все еще «самых читающих» и объявили о новом жанре — о графическом романе.

Графический роман вообще ничем не отличается от комикса, просто название другое. Этот термин был придуман для тех, кому стыдно признать, что они увлекаются комиксами.
Артем Габрелянов
основатель издательства Bubble

Впрочем, даже в издателях согласья нет. Некоторые уверяют, что графический роман — это особый жанр:

Графические романы отличаются от традиционных комиксов не только сюжетом и качеством прорисовки, но и внешним видом, и ценой. Издаются обычно в твердом переплете на качественной бумаге.
Татьяна Титова
бренд-менеджер редакции MAINSTREAM (АСТ)

Как приучить детей к книгам

Признайтесь, вы же покупали своим маленьким детям сказки Сутеева — чтобы картинок было больше, чем текста? Или истории про песика Пифа? Это хорошой переходный этап, когда ребенок уже способен складывать буквы в слова, но на долгое чтение его детских сил пока не хватает. Вот тут вы ему раз — и… комикс! Или графический роман. Подписи к картинкам читать несложно. Привычка читать формируется подспудно. Однако не все издатели готовы признать, что книжки, где картинок больше, чем букв — и есть комиксы.

Книжки с иллюстрациями — те же комиксы, правда, с упрощенной раскадровкой и отсутствием диалоговых «пузырей». То есть примитивная версия комикса, так же известная, как комикс-стрипы.
Артем Габрелянов
основатель издательства Bubble
Грань между графическим романом и книжкой-картинкой не всегда просто провести. Например, в ноябре у нас выходит книга «Звездная, звездная ночь» художника Джимми Лиао — в ней нет характерной для комикса структуры полосы, но при этом сюжет динамичный, текст тесно связан с картинками, дополняя их по смыслу. Какое-то время мы сомневались, можно ли считать эту книгу графическим романом, но в итоге пришли к выводу, что это все же книжка-картинка. А вот истории о Хильде — «Хильдафолк» — это комиксы.
Анна Дружинец
ответственный редактор МИФ. Детство

Этот метод адаптации, правда, приемлем только на этапе начальной школы. Приучать подростка к книгам через комиксы — дело практически безнадежное.

Если интерес к чтению отсутствует совсем, то ни комикс, ни графический роман, ни книжки с картинками его не реанимируют.
Дмитрий Яковлев
куратор международного фестиваля рисованных историй «Бумфест», директор издательства «Бумкнига»

Более того, подросток, которого вы пытаетесь «достать из компьютера» и перетащить на светлую (книжную) сторону при помощи комикса, может так и застрять в этом переходе: он полюбит не книжки, а комиксы. Он будет скачивать их в Интернете и воплощать в реале.

Что такое манга

Японские комиксы манга уже превратились в подростковую субкультуру. Это в раннем детстве все ограничивается играми в Человека-паука и черепашек-ниндзя. Тинейджеры не играют, они создают миры. Переход на визуальный способ восприятия совпал с модой на восточную культуру — и из всех графических романов важнейшим для подростков стала манга.

Манга — японские комиксы, которые развивались по своему особому пути, поэтому визуальный язык в них отличается от американских и европейских историй. Стилистика манги сильно отличается от привычного нам европейского или американского графического романа, однако сама по себе манга тоже является частью визуальной литературы, как хокку — частью мировой поэзии.

Анна Дружинец, ответственный редактор МИФ. Детство

Классическая манга — черно-белая, раскрашивать ее европейские дети стали по собственной инициативе. Но и этого им показалось мало: они шьют костюмы героев манги, делают — даже для повседневной жизни! — анимешный макияж, ездят на фестивали косплей (costume play — «костюмированная игра»)… Мода на розовые волосы, кстати, оттуда же.

Открывшись, как портал между прошлым и будущим, востоком и западом, японский графический роман превратился не в культуру — в субкультуру. Люди, застрявшие в портале, особенные.

Русский след

В массе своей русские не метнулись ни в западную сторону с их Суперменом и Человеком-пауком, ни в дальневосточную. Они проскочили портал, даже не заметив его — от самой читающей нации в самую оцифрованную.

Попытки создать своего «графического героя» не увенчались успехом: ни мультяшные богатыри из трилогии студии «Мельница», ни киношная «Черная молния» не стали символами поколения, как того хотелось бы их создателям. Тем не менее, издатели графических романов не теряют надежды: вдруг комиксу удастся то, что не удалось кинематографу?

Мы старались создать по-настоящему русских и классных персонажей, уникальных в своем роде. Из простых архетипов «солдат», «детектив» и так далее родились многогранные персонажи, над которыми мы работаем уже четыре года: Майор Гром, Бесобой, Красная Фурия, Инок, Метеора и Экслибриум. У российских комиксов есть шанс стать чем-то большим, чем увлечение нескольких сотен людей. Это настоящий культурный феномен, мы надеемся, что наши герои когда-нибудь так же станут культурными иконами в нашей стране, как когда-то Супермен стал в Америке.

Артем Габрелянов, основатель издательства Bubble

Парадокс, однако, заключается в том, что поклонники «русских сюжетов» — это вполне взрослые люди. В основном мужчины. Они листают графические романы перед сном, пока их жены смотрят сериалы. И с той же, что и жены, целью — «разгрузить голову».