Истории жизни

Ангел милосердия (Флоренс Найтингейл)

© Флоренс Найтингейл

   Есть в человеческой истории люди-символы, чьи имена стали нарицательными и воплощают в себе высшее проявление тех или иных человеческих качеств – положительных или отрицательных. О таких людях помнят, на них стараются равняться (или, напротив, приводят всем в пример, как не надо себя вести), в их честь учреждают медали и проводят научные конференции по изучению их наследия. И в ряду таких символов, несомненно, стоит фигура Флоренс Найтингейл, которая первой из женщин получила в 1907 году из рук британского короля Георга V орден «За заслуги перед Отечеством».

   Есть в человеческой истории люди-символы, чьи имена стали нарицательными и воплощают в себе высшее проявление тех или иных человеческих качеств – положительных или отрицательных. О таких людях помнят, на них стараются равняться (или, напротив, приводят всем в пример, как не надо себя вести), в их честь учреждают медали и проводят научные конференции по изучению их наследия. И в ряду таких символов, несомненно, стоит фигура Флоренс Найтингейл, которая первой из женщин получила в 1907 году из рук британского короля Георга V орден «За заслуги перед Отечеством».

Однако ее биография начиналась просто и незатейливо, как биография многих английских мисс из состоятельных семей. Ее родители много путешествовали, и потому Флоренс родилась в прекрасной Флоренции, получив отсюда и свое имя. Это было 12 мая 1820 года. Состояние ее родителей позволяло и дальше проводить время в приятных путешествиях, попутно рожая детей. В конечном счете, у Флоренс появилось еще трое братьев и сестер, которых она по праву и обязанности старшего ребенка с удовольствием нянчила.

Но домашние обязанности не помешали девочке получить прекрасное образование – конечно же, домашнее, как и полагалось благовоспитанному ребенку из хорошей семьи. Казалось, что жизнь не очень хорошенькой, но все же миловидной и умненькой спокойной девушки уже расписана на годы вперед по привычному сценарию. Впервые появившись на светском рауте в блистательном Париже, она стала получать явное удовольствие от светской жизни, проводила много времени в салонах за танцами и разговорами, посещала магазины. Но одно потрясло ее особенно: в большинстве парижских салонов к женщинам относились на равных, внимательно выслушивали их мнение и уважали за остроумные шутки, способные уколоть самых толстокожих мужчин.

Это радикально отличалось от консервативной чопорной Британии, куда, в конце концов, вернулась девушка, чтобы воссоединиться с семьей. Однако восторг перед «свободными» французскими нравами тем не менее пока не вызывал обеспокоенности у ее родителей. То, что девушка пока еще не имеет кандидата в спутники жизни, вызывало гораздо большую озабоченность у близких. Флоренс уже вплотную приблизилась к тому возрасту, за которым неизбежно начинался статус «старой девы». Так что ее общение с братом близкой подруги Мэриан Николсон пылко приветствовалось всеми родными и знакомыми. Тем более что Генри был от Флоренс без ума.

Уже готовиласьсвадьбаи фактически официально было объявлено о помолвке, как все вдруг рухнуло. Кипучая натура Флоренс просто не смогла смириться с перспективой всю жизнь быть привязанной к капризному безвольному человеку, которого, к тому же, она и не слишком любила. Могло показаться, что девушку отпугнул тот факт, что Генри был инвалидом, однако близко знавшие Флоренс уже тогда понимали, что любви и милосердия у нее хватит не на одного инвалида.

Она тяжело переживала произошедший разрыв – и не столько с Генри, сколько с его сестрой, которую просто обожала и долгие годы в своих воспоминания и письмах называла своим близким душевным другом. Да и родители были потрясены «эпатажным» поведением своей старшей дочери, которая разрывом помолвки опозорила их перед светским обществом. Поэтому они с радостью восприняли появление в жизни Флоренс «тетушки» – родной сестры ее отца Мэй Смит, которая стала ее верным другом на всю оставшуюся жизнь.

Родители надеялись, что кроткая и смирная Мэй, которая мечтала только о спокойной семейной жизни, любящем муже и детях, может привить свои взгляды и Флоренс. Однако все сложилось несколько иначе. Молодые женщины, которые в тогдашней Англии были в принципе лишены возможности заниматься хоть какой-то профессиональной деятельностью, тем не менее, могли участвовать в благотворительных акциях. Во время одной из них Флоренс попала в приют для больных бедняков в одной из рабочих окраин и была потрясена увиденным.

Медаль Флоренс Найтингейл

Это перевернуло всю ее жизнь. Флоренс заявила родителям, что хотела бы обучиться профессии медсестры и для этого поступить в больницу сиделкой. Вся благовоспитанная родня девушки была потрясена, с матерью случился сердечный приступ, а отец изгнал ее из дома и лишил наследства. Над ними смеялся весь высший свет британской столицы – у Найтингейлов чудачка-дочь работает сиделкой в больнице для неимущих!

Но у Флоренс оказалась железная воля, и она упорна шла по выбранному пути. За три года она освоила все навыки профессиональной медсестры и внесла в ее деятельность много нового. До Флоренс медсестры не были как таковыми медицинскими работниками. Это были малопочтенные, часто спившиеся и отовсюду изгнанные женщины, которые не имели никаких знаний ни об анатомии, и о правилах гигиены.

Флоренс Найтингейл разработала собственный метод, который был максимально прост и максимально эффективен: чистота, свежий воздух, хороший уход, режим питания. И все это начало творить настоящие чудеса. Методикой Флоренс (а затем и самой девушкой) заинтересовался даже один из известных врачей. Он заботливо ухаживал за ней, внимательно выслушивал все ее рассуждения и, в конце концов, сделал предложение, поставив, правда, одно непреклонное условие – бросить «все эти непристойные увлечения» после свадьбы. Естественно,свадьбатак и не состоялась, а Флоренс окончательно поняла, что спокойная семейная жизнь не для нее.

Она пыталась найти применение своей методике во многих медицинских учреждениях, но далеко не везде были готовы пойти ей навстречу. Лишь во Франции, в католической общине имени Винсента де Поля, она наконец-то встретила понимание. В тех палатах, где использовалась методика Флоренс, смертность больных уменьшилась в два раза. Наконец-то ее правоту признали и в родной Англии: узнав об ее успехах, покровители медицинского учреждения для обедневших дворянок предложили возглавить его.

Флоренс Найтингейл снова стала в Англии уважаемым человеком, членом разнообразных благотворительных комитетов, признанным специалистов в своей сфере. Но необходимость тратить драгоценное время на светские обязанности угнетала ее. Все изменилось в 1854 году с началом Крымской войны, в которую ввязались англичане. К Флоренс обратился лично военный министр Сидней Герберт, который рассказал, что на фронте умирают сотнями раненые солдаты.

Флоренс собрала отряд женщин-добровольцев, среди которых было много католических монахинь из общины, когда-то давшей ей приют, и отправилась на фронт. Под ее попечение попал главный британский госпиталь под Константинополем. Прибыв туда, женщины были потрясены царившей в госпитале антисанитарией, отсутствием необходимых мер гигиены и истощением раненых. За несколько месяцев Флоренс и ее команде удалось только в помощью надлежащего ухода и соблюдения правил гигиены снизить смертность раненых с 60-ти процентов до 5-ти.

В Англию она вернулась национальной героиней. Вернувшиеся с фронта солдаты рассказывали о ней легенды, называя ее «леди со светильником», потому что по ночам с лампой в руках она всегда, как добрый светлый ангел, сама обходила палаты с больными. Однако бесконечная работа подорвала ее здоровье, в 1859 году она перенесла инсульт, который сделал ее инвалидом. При этом выходила ее верная подруга Мэй Смит. Правда, некоторые биографы считают, что Флоренс специально несколько преувеличивала серьезность своей болезни, чтобы иметь предлог отказаться от некоторых утомительных и ненужных светских обязанностей.

За время своей долгой и насыщенной жизни Флоренс Найтингейл успела написать несколько книг по методике сестринского ухода, которые стали классикой; побывала в Индии, где также разработала особую гигиеническую методику; стала главным экспертом комиссии по санитарному состоянию английских военных лазаретов. Ее личная жизнь осталась для потомков загадкой, поскольку перед смертью она уничтожила все свои личные письма и дневники.

В 1910 году она умерла в весьма почтенном возрасте и была похоронена на скромном сельском кладбище, заранее отказавшись от того, чтобы ее похоронам был придан статус национального траура. На могильном камне нет ее титулов и званий – лишь фамилия и даты жизни. А настоящим памятником в ее честь стал учрежденный в 1912 году специальный орден, который вручается за выдающиеся деяния в сестринском деле. И до сих пор во всем мире меньше тысячи человек награждены этой медалью, в том числе 46 человек – в бывшем СССР.

Василий СЕРГЕЕНКО.