Досуг

Рухнувшие надежды?

[AD]   Еще вчера у вас была прекрасная возможность взлететь по карьерной лестнице, а уже сегодня вы вдруг с ужасом узнаете, что то самое вакантное место, которое вы с таким вожделением стремились занять, уже занято. И, как вы понимаете, увы, не вами. Досадно? Не то слово! И уже, в принципе, неважно, почему так случилось и кто, быть может, «приложил» к этому свои шаловливые ручки. Главное, что это свершилось и изменить ничего нельзя.

[AD]   Еще вчера у вас была прекрасная возможность взлететь по карьерной лестнице, а уже сегодня вы вдруг с ужасом узнаете, что то самое вакантное место, которое вы с таким вожделением стремились занять, уже занято. И, как вы понимаете, увы, не вами. Досадно? Не то слово! И уже, в принципе, неважно, почему так случилось и кто, быть может, «приложил» к этому свои шаловливые ручки. Главное, что это свершилось и изменить ничего нельзя.

И, тем не менее,**вы по-прежнему никак не можете успокоиться и придти в себя. У вас нарушился сон; по утрам, чтобы хоть как-то придти в себя, вы отправляетесь на кухню, но вам не помогает даже двойная порция крепкого кофе; вам стало неприятно теперь отправляться в свой офис и встречаться со своей соперницей, лихо обскакавшей вас в борьбе за более достойное место.**И может быть, поэтому перестали ладиться дела, все валится из рук…

Стоп! Перестаньте терзаться; ведь вы и сами это прекрасно понимаете, теперь уже ничего не изменишь (во всяком случае, пока). И чтобы хоть как-то себя успокоить, начните прямо сейчас заниматься аутотренингом, иначе обязательно заработаете себе язву желудка. Попробуйте сказать себе примерно следующее:

Я уверена в том, что быть подчиненной гораздо лучше, чем начальницей.

Будь я начальницей, я бы разом перестала быть душой компании. Меня перестали бы ласково называть Олюшей; вместо моего теплого имени мне в спину бы неслись менее приветливые словечки типа «мымра», «зануда», «стерва» и так далее.

При встрече со мной коллеги по работе, которые всегда радостно мне улыбались, теперь вряд ли стали это делать. Мне пришлось бы теперь созерцать их вечно опущенные в пол глаза и слушать раболепное блеяние: «Доброе утро, Ольга Вячеславовна!» Прекрасно понимая, что в мыслях они поганят тебя почем зря, а выйдя из твоего кабинета, передают по цепочке: «Мегера уже пришла. Злая, как черт!»

Будь я начальницей, я навсегда бы испортила свои отношения даже с самыми лучшими своими подругами по работе. Что бы при этом я ни делала: прибавила бы им зарплату, сквозь пальцы смотрела бы на их систематические опоздания, отпускала бы их в отпуск тогда, когда им это будет удобно. Потому что стоило бы мне сделать малейшее замечание (причем вполне обоснованное и справедливое) в их адрес, как все мои благие поступки были бы разом перечеркнуты и мне вслед неслось бы нечто подобное: «Как изменилась, раньше она такой не была…»

Будь я начальницей, я в интересах дела перестала бы поддерживать со своими подружками всякие дружеские отношения (каким образом я могла бы теперь лишить одну из них премии или вообще уволить?), а они в свою очередь тоже перестали бы теперь забегать ко мне посплетничать за чашкой кофе (в данном случае это было бы уже излишне, да и коллектив их за столь простецкое поведение с начальницей мог запросто обвинить в подхалимстве).

Будь я начальницей, я постоянно была бы предметом коллективного обсуждения. Разбирались бы мое поведение, моя личная жизнь, отношения с подчиненными и вышестоящим начальством; каким тоном и что я сказала; обсуждались бы мои макияж, прическа, манера одеваться и даже то, что я ем во время обеденного перерыва. Обо мне постоянно слагались бы разного (и, безусловно, далеко не лестного) рода слухи и сплетни, которые бы разрастались до размеров снежного кома.

Будь я начальницей, мне пришлось бы вникать и заниматься совершенно не свойственными мне ранее делами и обязанностями. Мне приходилось бы постоянно следить за качеством выполненной работы своих подчиненных и периодически являться на «ковер» к своему боссу, о существовании которого я раньше даже и не подозревала. Из-за постоянных переживаний я бы полностью разрушила бы свою нервную систему и заработала бы кучу всяких заболеваний.

Будь я начальницей, я навсегда бы распрощалась с такими понятиями, как отпуск, выходной день и праздники. Потому что не смогла бы оставить родное производство без должного и, самое главное, привычного руководства со своей стороны. У меня вообще рабочий день перестал бы быть нормированным, и, может быть, я даже жалела бы о том, что в сутках всего 24 часа, а не больше. Я, наверное, стала бы завидовать своим подчиненным, которые с радостью дожидаются конца рабочего дня и бегут по своим личным делам.

Кстати, о личной жизни. Будь я начальницей, я превратила бы свою семейную жизнь в руины: дети перестали бы видеть свою мать, а муж хозяйку в доме. В силу напряженного графика работы и постоянного перенапряжения я наверняка потеряла бы всякий интерес к любовным играм – честно говоря, мне было бы уже не до этого. Приходя домой, я желала бы лишь только одного: как бы добраться до подушки.

Однажды заняв кресло начальника, я не захотела бы из него выбраться даже в том случае, если в соседней организации рядовые сотрудники получают гораздо больше, чем такой начальник, как я. Перейти в ранг исполнителя после того, как я побывала начальником, мне уже не позволит моя гордость.

Будь я начальником… Вы можете перечислять все эти ужасы и дальше, но не лучше ли остановиться? Ведь вы, слава Богу, пока еще не начальник, поэтому можете расслабиться, достать косметичку, припудрить свой носик, подкрасить реснички и мило улыбнуться вслед проходящей начальнице – этой старой мымре.

Подготовила Ксения УСПЕНСКАЯ.