Ювенальная юстиция: как она работает

До скандала с семьей Дель большинство законопослушных граждан жили в ощущении, что «ювенальная юстиция» — абстрактная страшилка.

Некоторые и до сих пор верят, что «нет дыма без огня» и «детей просто так ни у кого не забирают». Вкратце фабулу сюжета Дель мы изложили в статье о декриминализации.

Ровно неделю назад отец семейства был приговорен зеленоградским судом к 90 часам исправительных работ за нанесение побоев. Восемь детей, изъятых из семьи, до сих пор находятся в зеленоградском «Центре содействия семье и детству» и им запрещают общаться с родителями.

При этом сотрудники Опеки, забиравшие детей из садов и школ, с новогодних елок и из центров детского творчества, нарушившие тайну усыновления и медицинскую тайну, не понесли никакого наказания. Хотя по закону должны были в любом случае: либо за то, что много лет игнорировали кошмары, происходящие в семье и продолжали передавать туда сирот на воспитание, либо за то, что изъяли детей незаконно, а все кошмары выдумали для самооправдания.

К разбору данного конкретного дела была привлечена в основном «четвертая власть» — журналистика. Исполнительная, законодательная и судебная оказались в растерянности. И стало очевидно, что ситуация в стране парадоксальна. Ювенальная юстиция вроде бы есть. Но законов, в рамках которых она действует, и органов, ее осуществляющих, фактически нет.

Passion.ru пытается сориентироваться в хитросплетениях закона с помощью адвоката и правозащитника.

Что такое ювенальная юстиция

Анна Кисличенко
Правозащитник

«Ювенальная юстиция — это совокупность государственных и негосударственных органов, учреждений и организаций, которые наделены функцией обеспечения защиты прав и законных интересов детей. Очень часто, правда, это происходит в ущерб правам и интересам родителей и семьи в целом. Да и в ущерб ребенку, потому что любой ребенок — это гражданин России, и ограничить его свободу, вырвать из собственного дома, из окружения близких ему людей, лишить его права на общение с ними — на основании чьих-либо подозрений, — это вне закона».

Опека, кажется, главный орган ювенальной юстиции. Хотя это нигде не прописано. Опека — вообще странное образование без внятной вертикали власти. А это значит, что если вы не согласны с решениями или действиями сотрудников Опеки, то вам фактически некому на них пожаловаться. Эти люди, имеющие право забрать у вас детей, по сути, никому не подотчетны.

Владимир Постанюк
Адвокат
Анна Кисличенко
Правозащитник

«Прокуратура обычно связана с полицией и Опекой, они регулярно встречаются на «летучках» у главы администрации — поэтому довольно предсказуемо, чью сторону займет прокурор. Реальная правозащитная практика показывает, что самый действенный способ — это мгновенное обращение в суд и обжалование действий полиции и Опеки. И огласка. Лучше найти адвоката по семейным делам, привлекать правозащитников и общественников в своем регионе. Ведь часто родителей просто подавляют страхом, угрозами, манипуляциями — как в случае Дель. Внешняя поддержка нужна обязательно».

По статье 77 СК

Статья 77 Семейного кодекса РФ предусматривает возможность немедленного отобрания ребенка органами опеки и попечительства на основании акта органа исполнительной власти субъекта РФ, либо акта главы муниципального образования, если существует угроза жизни или здоровью ребенка.

Подвох, однако, кроется в абстрактности формулировок. Если ребенка не убивают прямо сейчас, то угрозы жизни вроде бы нет. Но многие особо рьяные борцы за права детей предлагают, например, рассматривать отказ от вакцинации как угрозу здоровью — и вот вам готовый инструмент борьбы с антипрививочниками.

Анна Кисличенко: Раньше непосредственной угрозой жизни и здоровью считалось такое состояние ребенка, при котором реально может наступить смерть в случае невмешательства посторонних лиц. Теперь же под угрозой жизни и здоровью могут подразумевать оставление с дедушкой, отсутствие ремонта в квартире, запачканную одежду, недолеченный кариес, сопли под носом — в общем, все что угодно. На любой звонок органы опеки и полиция обязаны реагировать — приезжать, проверять. И если что-то покажется подозрительным (например, ваше нежелании впускать в квартиру посторонних или детский плач), то решение будет принято не в вашу пользу. Даже обращение с ребенком в травмпункт или вызов «Скорой помощи» — это повод для визита полиции в ваш дом. В некоторых случаях это действительно позволяет спасти ребенка. Но «отобрание» по ст. 77 СК требует достаточно подробного оформления. Видимо, потому она не так уж часто применяется. Отобрание по 77 статье Семейного кодекса РФ — это не более 10% случаев. Существуют другие отработанные схемы.

По приказу 845

Речь идет о приказе МВД РФ от 15 октября 2013 г. и о Федеральном законе «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних».

Анна Кисличенко: Подавляющее число изъятий проводят органы полиции. Как и в случае семьи Дель, ребенка увозят из квартиры в присутствии родных, потом оформляют как безнадзорного, документов никаких родителям не дают, отправляют в инфекционные отделения больниц, родителей лишают доступа к ребенку. Часто родителям даже не сообщают, куда отправлены их дети, хотя по законам Российской Федерации родители продолжают оставаться законными представителями. Бывают нелепые случаи, когда спрашиваешь: «На каких основаниях проведено отобрание?», а слышишь шокирующий ответ: «Это не отобрание». А термин «изъятие» существует в нашем праве только для неодушевленных вещей. Поэтому и изъятия тоже не было. И вот ситуация: ни отобрания, ни изъятия не было, а ребенок в больнице или приюте, и к ребенку родителей не пускают.

По просьбе родителей

Анна Кисличенко: Еще одной распространенной практикой является принуждение родителей написать «добровольное заявление» о помещении детей в социальное учреждение «на время». Родителей пугают: «Если не напишешь, то отберем детей по 77 статье, а через неделю подадим на лишение родительских прав.

Обычно такие запугивания применяются в отношении семей, попавших в трудное финансовое положение: умер или тяжело заболел основной кормилец, или оба родителя лишились работы (что не редкость в последние несколько лет)… И «рекомендации» органов опеки выглядят убедительными: родителям предлагают проявить ответственность и сознательность и передать детей на содержание государства, пока не будет решен вопрос с трудоустройством. «Как только устроитесь на работу — сразу напишете заявление и заберете их обратно».

Анна Кисличенко: Многие пишут, не понимая последствий. А потом выясняется, что забрать детей из семьи «по заявлению родителей» можно очень быстро. А вот забрать обратно — пиши-не пиши — не получится… Обычно это время органом опеки используется для подготовки документов в суд на ограничение или лишение родительских прав.

По Статье 5.35. КоАП

«Неисполнение родителями или иными законными представителями несовершеннолетних обязанностей по содержанию и воспитанию несовершеннолетних» может трактоваться в любую сторону. В Административном Кодексе прописано, что родители должны обеспечить ребенку содержание, воспитание, обучение, защиту прав и интересов…

Но само понятие «содержание» давно перестало быть универсальным. Опека может счесть «ненадлежащим» содержание двоих детей в одной комнате, например.

Отдали ребенка в секцию единоборств — это может быть использовано против вас. Не отдали ни в какую секцию — тем более. Ребенок ходит один из школы домой — вот вам и безнадзорность. Ребенок не может самостоятельно ходить из школы домой — препятствие развитию. Пока не существует четких регламентов, прописывающих, какие родительские действия или бездействия могут являться угрозой для здоровья, родители и дети беззащитны.

Анна Кисличенко: И воспитателей, и учителей, и врачей включили в эту систему доносительства. Это называется «раннее выявление неблагополучия»: если им что-то показалось в ребенке подозрительным, они обязаны сообщить в полицию или опеку.

Владимир Постанюк
Адвокат

«В настоящее время законодатели обсуждают возможность перевода процедуры изъятия детей из административной в судебную. Кроме того, обсуждается вопрос о введении уголовной ответственности сотрудников органов опеки и попечительства и органов внутренних дел за незаконное изъятие детей».

Анна Кисличенко
Правозащитник

«За незаконное изъятие детей и сейчас можно обвинить по уголовным статьям "Превышение служебных полномочий" или "Самоуправство". Но я не знаю ни одного случая за много лет, когда кто-то из родителей подал бы на них в суд. Те, кому удается отбить ребенка, стараются не вспоминать об этом кошмаре. Те же, кому не удается, обычно подавлены настолько, что для дальнейшей борьбы сил нет. Сейчас в органах законодательной власти идет процесс пересмотра некоторых норм семейного законодательства. В начале января даже Президент дал поручение проанализировать практику изъятия детей по всей стране. Однако как все будет реализовано на деле — пока непонятно, многое вселяет опасения. В частности, попытки узаконить полицейскую процедуру изъятия ребенка, которую сегодня еще можно считать незаконной. Ольга Голодец, например, предлагает узаконить временное изъятие, что сегодня тоже является нарушением закона. Еще одна законодательная пропасть — это то, что нигде не прописана процедура возврата ребенка в семью. Поэтому, например, в 2015 году из 58000 детей, попавших в учреждения, домой вернулись около 5000».