Классик считал, что все счастливые семьи счастливы одинаково. Я готова с ним поспорить. За свою семейную идиллию я плачу высокую цену.

Кажется, был выходной день. Мой мужчина уехал в очередную командировку, я была дома одна. Никаких планов, дел и встреч, поэтому от скуки я решила завести аккаунт в социальных сетях. В конце концов, все чекинятся, выкладывают общие фотографии, ведут какие-то обсуждения — я тоже хочу. Пусть в моем офисе действует строгая политика конфиденциальности, я устала вести себя так, будто работаю в ФСБ или на секретном заводе. Вот сейчас начну, наконец, как и все, постить счастливые семейные снимки, завтраки, покупки.

Я зарегистрировалась, добавила любимого мужчину, а дальше сам Фейсбук начал мне предлагать друзей — почему-то сплошь молодых девиц (кого-то из них я видела, но большинство было мне незнакомо). Я удивилась и стала переходить на их страницы. И почти у каждой обнаруживала фотографии с моим любимым человеком, которые были как-то интимно подписаны: «Зай, ты лучший», «Я тоскую по тебе», «Мой милый С.». Сначала мне было даже смешно. Но когда я увидела кадр, на котором женская рука лежала на мужской обнаженной спине (а у моего мужчины есть хорошо запоминающаяся комбинация родинок), мне стало дурно. На меня обрушилась невыносима тяжесть правды: мой мужчина мне изменяет. Причем нагло, открыто, не пряча следов и не скрывая имен.

Эта правда не вписывалась в нашу сказку

Когда я сделала это ужасное открытие, мы были вместе восемь лет. Мы познакомились на одном из кастингов: мой мужчина уже тогда был известным продюсером. Из данных у меня был высокий рост и самоуверенность. Петь я не умела и двигалась неловко, поэтому в состав группы не попала. Но зато попала в объятия Сергея. Он довольно быстро познакомил меня с родителями. Огромная квартира в сталинском доме, стеллажи с сотнями книг, мейсенский фарфор, полотна русских авангардистов. Папа профессор, действительный член Академии наук, мама — заслуженный деятель культуры, искусствовед. Эти люди принимали меня с такой открытостью и добротой, как будто давно ждали моего появления. Сам Сергей смотрел на меня восторженными глазами, проявлял заботу, старался угадывать мои желания. И, что говорить, я чувствовала, что рядом с ним расту над собой: он водил меня на показы артхаусного кино, рассказывал об истории искусства, зачитывал отрывки из шедевров мировой поэзии — в общем, ненавязчиво занимался моим культурным образованием. Еще он возил меня на выходные в Европу, причем не по культовым туристическим местам, а по маленьким городам-жемчужинам. Пока другие ехали во Флоренцию, мы проводили дни в Равенне и ходили по одним из первых византийских храмов. Когда я захотела в Париж, он вместо него выбрал неприметный на карте Ним, бывший некогда столицей одного галльского племени. В общем, он открывал мне мир с неожиданных и необычных сторон, и я с каждым днем чувствовала, что очаровываюсь Сергеем все сильнее. Поэтому я отмахивалась от опасений подруг, которые говорили, что мужчине, который с утра до вечера окружен красивыми женщинами, доверять нельзя.