| ТЬМА ДЛЯ АНГЕЛОВРаздел: Истории(трилогия, часть первая. Из цикла «Место встречи – будущее») Ты меня на рассвете разбудишь. Проводить неодетая выйдешь. Ты меня никогда не забудешь. Ты меня никогда не увидишь. Льов Соколна, майор Хронотрона, шел по улицам обреченной столицы Русского Союза. Обречена была Москва, обречена страна, обречен весь мир. Все должно было через несколько дней провалиться в огненные тартарары. В случае, если Льову и нескольким его коллегам не удастся хотя бы частично выполнить поставленную перед ними задачу. Спустя четыре столетия после Третьей мировой войны руководители Секторов объединили свои усилия в создании Хронотрона. Задача – предотвратить или смягчить последствия происшедшей на Земле катастрофы. Группы специально подготовленных сотрудников Хронотрона были переброшены в 201… год для воздействия на лидеров ядерных держав… - Привет! – вдруг услышал он. – Ты долго собираешься стоять на дороге? Оглянувшись, Льов увидел стройную блондинку с карими глазами, явно обращавшуюся к нему. «Всю жизнь мечтал», - подумал он. Четыреста лет спустя блондинки вымерли как вид, не выдержав естественного отбора. Кроме всего прочего, Хронотрон призывал минимизировать контакты с прошедшим временем. «Мы точно не знаем, к чему это может привести, но последствия могут быть катастрофичны для будущего». «Плохое начало, донор майор», - с неудовольствием подумал Льов. Донор – это было почетное обращение в Русском и других Секторах. В двадцать пятом веке от Рождества Христова. Однако прежде всего нужно было выполнить свою задачу. - Привет, - дружелюбно ответил он. – Я не так сильно помешал тебе? Девушка с интересом рассматривала Льова. - Да ты, видно, не местный, парень, - улыбнулась она. – Я, в общем, тоже. Живу здесь последние два года. А ты не из Н случайно? - Нет, - сказал Льов, подумав. - Дальше. Гораздо дальше. - С Дальнего Востока, что ли? – опять улыбнувшись, спросила она. - Может быть, - осторожно ответил Льов, опасаясь опять попасть впросак. Все-таки подготовка четыреста лет спустя – это одно, а прошлая жизнь – другое. «Самое интересное, что половина Русского Сектора как раз и живет там, про что она говорит». - Ну-ну, - она слегка потрогала его за руку. – И рубашечка у тебя какая-то не такая. Как насчет выпить кофе, перетереть? Меня зовут Валерия, можно Лера, а тебя? «Перетереть» – донор майор не знал, что это означает. Зато он знал, что значит «спустить на тормозах». А если и этого сейчас не сделать, то и вся миссия окажется под угрозой. - А я Лев, - сказал он. – Или просто Лева. Я не возражаю против кофе. Он понял вновь, что его правильный русский был не совсем правилен. - Чем занимаешься? – спросила она в кафе. - Да так, - замялся он. – Должен выполнить одно поручение и вернуться обратно. Если получится. – Он поймал себя на том, что смотрит в ее карие глаза больше, чем ему это было надо. - А что, может не получиться? – спросила она, отпивая кофе. - Может, - он был откровенен. Ему нравились движения, с которыми она ела печенье. - Ну, значит, останешься здесь, и все будет хорошо, - заключила она и достала из сумочки помаду. – Ладно, ты «интересный чудак», Лева, но мне пора. - Не может ли быть, что я снова тебя не увижу? – спросил он. - Да где же тебя русскому-то учили? – не выдержала она, и опять улыбнулась. – Возьми визитную карточку, там есть номер телефона. Что такое телефон, знаешь? - Средство для связи на больших расстояниях, - твердо сказал он. Теперь Льова заинтересовало, как солнце играет в ее волосах. В Русском Секторе для связи нужен был только мозг человека. - Ну, молодец, - похвалила она. – Ладно, пока. Донор майор почему-то следил, как Лера, постукивая каблуками, выходит из кафе и идет по улице. Ему давно пора было быть в «темпоральной яме», или конспиративной квартире, как иначе она называлась. Лера переходила через улицу. Внезапно из-за угла вынырнула ехавшая с большой скоростью самодвижущаяся повозка. «Автомобиль», - вспомнил он. В Русском Секторе передвигались пешком или верхом на мутантах. Весьма быстрых. Льов просчитал все через долю секунды. «Слепая судьба?» – успела метнуться мысль. Еще через долю секунды он уже начал действовать. Может быть, Льов и не владел правильным русским языком, но он был тем, кто выжил один из тысячи. А может быть, и из нескольких. Кроме того, четыре столетия спустя человеческих жизней осталось так мало, что все они были на вес бриллиантов. И жители Русского Сектора умели их беречь. Она должна была умереть. Ее жизнь Господом была определена закончиться здесь и сейчас. Спасти ее нельзя было, тем более не пользуясь астралом. С другой стороны, и он оказался здесь с неотвратимой случайностью. Настолько неотвратимой, что тут тоже виделась рука Провидения. В любом случае, он успел вовремя. Машина все-таки успела слегка задеть ее. В следующий миг его сильные руки подхватили Леру и перенесли к кромке дороги. - Как ты? – с тревогой спросил он. - Как будто цела, - ответила она, приходя в себя, - тошнит только и голова болит. Слушай, до тебя было меньше тридцати метров. Как ты успел это сделать? - Секрет профессии, - теперь была его очередь улыбаться. Он немного успокоился. Прикосновение, больше чем диагностический комбайн, говорило ему, что серьезных повреждений у Леры нет. – Там, откуда я родом, нам это раз плюнуть. А вот тебе бы надо отлежаться хотя бы дня два. Я довезу тебя домой? - Придется, видимо, - вздохнула Лера. – Что-то мне совсем сплохело. Прости, что напрягаю тебя. - Без проблем, - откликнулся Льов. – Он привыкал разговаривать на ее языке. Донор майор не смог дать ей умереть. Это означало серьезное вмешательство в прошлое время. Настолько серьезное, что могло повлечь за собой невозвращение. “А через два дня будет дана команда “ключ на старт”, - устало подумал он. – И все уже будет не важно. Тем более что касается Москвы. “А надо ли ей умирать, коль скоро жизнь ее не пресеклась сегодня?» Он бережно поддерживал ее. «Пойдем, я помогу». - Как думаешь, может быть, вызвать врача? – спросила она, опускаясь на диван. - Не думаю, - серьезно сказал он. – Я и сам могу тебя полечить. - Ты что, экстрасенс? – она удивленно подняла брови. - Да, если тебе так понятней. – Он поместил ладони над ее головой, закрыл глаза и сосредоточился. - Совсем перестало болеть! – раздался ее звонкий голос. Она улыбалась, глядя на него. – Ну ты даешь, друг. - Я не волшебник, я только учусь, - сообщил Льов. - Знаток классики, - хмыкнула Лера. – Где спать-то будешь? На полу? - Да, - легко согласился он. – Я привык спать без удобств. – “Мягко говоря”. – А поспать надо, завтра у меня трудный день. - Ну раз так, то надо баиньки, - согласилась она. – Завтра на работу не идти, вот это мне нравится. Он проснулся оттого, что маленькая теплая ладонь гладила его кожу. - Лева, ты знаешь, с тобой теплее, - услышал он ее шепот. Это было понятно и четыре века спустя. - Ты сладкая, - сказал он ей немного позже. – Там, откуда я родом, такого не знают. - А ты необычный, - откликнулась она, и даже в темноте Льов понял, что Лера улыбается. – Но мне это нравится. - Ладно. Тебе бы надо отдыхать после травмы. А у меня завтра очень ответственный визит. “Да уж. К Президенту России”. - Слушай, - Лера прижалась к нему. – Я совсем не знаю тебя, но почему-то верю тебе. Не объяснишь, почему? - Объясню, - сонным голосом сказал Льов. – Только завтра вечером. «И ведь придется объяснить», - подумал он. Льов боялся признаться самому себе, что полюбил эту девушку из далекого прошлого. Он не мог себе представить, что эти карие глаза, улыбка и нежное тело погибнут через сутки в ядерном огне. Он-то знал, что на месте Москвы и Питера останется лишь воронка размером с Байкал, заполненная радиоактивной водой из Финского залива. Так или иначе, вдвоем они остаться здесь не могли. Это нарушило бы закон сохранения массы. Постепенно у него начал зарождаться план. Но для этого ему надо было задействовать Хроноастрал. Вечером она встретила его у порога. - Скучала без тебя, – сказала она. Глаза ее сияли. – Как насчет поесть? - Неплохо было бы, – откликнулся Льов. Он был доволен. Относительно доволен. - И немного выпить? - Тоже согласен, - сказал Льов, раздеваясь и проходя на кухню. - Как твое поручение? – поинтересовалась Лера. - В общем, успешно, - сказал он, беря в руки и открывая бутылку с красным вином. «Способствует выведению радионуклидов, как написано в старых книгах». Вот только нуклидов будет столько, что никакое вино не поможет. И живые позавидуют мертвым. После разговора с Президентом он выходил в Хроноастрал и уже просчитал весь расклад. - За тебя. - За тебя. - Послушай, Лерочка, - начал он, - я хотел бы сделать тебе предложение. - ? - Руки и сердца, или выйти за меня замуж, как это у вас называется? - Ты мне нравишься, конечно, Лева, но я должна подумать… - Некогда нам думать, Лерочка, - сказал он. – Меньше чем через сутки ничего этого не будет. Штаты совершат ядерное нападение на Россию, на что она ответит ударом возмездия. И на мир опустится тьма, то есть ядерная зима. - Откуда ты все это знаешь? - Ты уже поняла, Лерочка, что я человек необычный, - заметил он. – Я действительно прибыл очень издалека, чтобы попытаться предотвратить эту катастрофу. Примерно четыреста лет спустя появится такая возможность. Я офицер специального подразделения, которое называется Хронотрон. Не я один, десятки людей по всей Земле занимаются этим. У нас с тобой похожий язык, потому что я родился и вырос в Русском Секторе. Это то, что в будущем осталось от России, от Русского Союза. Сегодня я встречался с Президентом России… - Вот это да, - вставила она. - …и мне удалось убедить его перенацелить часть русских ядерных ракет. Удар возмездия будет нанесен, но не по мирным американским городам. По войскам, штабам, ракетным базам. Это позволит значительно уменьшить потери. Не спрашивай, как мне удалось это сделать. Специальная подготовка, парапсихология, гипноз, телепатия. Моим коллегам из Североамериканского Сектора удалось добиться почти такого же успеха. Тем не менее ядерную войну предотвратить не удалось. - И что же будет с нами? – тревожно спросила она. - Я не хочу, чтобы ты погибла, Лерочка. И не хочу, чтобы мы оба погибли здесь. Сегодня я выходил в астрал и разговаривал со своим руководством. Я слишком сильно вмешался в твою жизнь и в жизнь этого мира. Мое возвращение назад принесет много бед. Но единица массы должна вернуться. Этой единицей массы станешь ты. Подожди, дослушай до конца. Я диагностировал тебя, ты крепкая, сможешь выжить и жить у нас. У нас нелегко, у нас все по-другому, но ты сможешь привыкнуть, я знаю. Главное, ты будешь жить. - Но ты, ты, Лева! – перебила она его, чуть не плача. - А что я, - усмехнулся Льов. – Я останусь здесь. В любом случае мой организм – продукт ядерной войны и последовавших за ней мутаций. Лишь благодаря белковому моделированию я стал очень похож на мужчину твоего времени. У меня столько же хромосом, сколько и у тебя, но они сильно отличаются. Я дитя постъядерного мира, и мой шанс выжить здесь довольно высок. – «Примерно десять процентов», - подумал он. – Во всяком случае, только в этом варианте есть вероятность, что мы еще когда-нибудь встретимся. («Примерно один процент. Все изменится, будущее и прошлое. Я могу просто не родиться или стать другим человеком. Когда трогают камешек, это может вызвать лавину»). Но об этом он не стал ей говорить. Он хотел спасти ее. Просто спасти. - Возьми теплую одежду и всю еду, что есть в доме. Это тебе пригодится. Сложи все в сумку. Я подготовлю Хронопередатчик. Канал скоро может закрыться. Вскоре она, собранная, сидела на стуле, а он в последний раз молча смотрел на нее. Мог ли он подумать, отправляясь в рискованный хронополет, что встретит и полюбит простую земную девушку двадцать первого века? Но именно так и произошло. - Последние инструкции, - он улыбнулся, чтобы подбодрить ее. – Ты попадешь в Русский Сектор, Урал. Спросишь, где находится Хронотрон. Найдешь полковника Воронец, это мой командир. И просто скажешь ему, что ты Лера. И дальше все будет хорошо. - Лева, я никогда не забуду тебя, - прошептала она. – Прости, что помешала тебе… - Ты не виновата в том, что я полюбил тебя, - улыбнулся он. – Я буду искать тебя, обещаю. Сколько бы веков между нами не было. Он надел на ее шею небольшой прибор. «Хронопередатчик с ядерным минигенератором», - пояснил он. Взял листок бумаги и написал число. «Это год, куда тебе нужно попасть. Просто будешь думать о нем. Это просто». Он в последний раз поцеловал ее нежные, пахнущие вином губы. «Пока, сладкая». Он увидел слезы на ее глазах и хотел их вытереть, но она исчезла. Исчезла, как будто ее никогда и не было. …Утро застало его шагающим по проселочной дороге все дальше и дальше от Москвы. Тьма опускалась над миром. Тьма, в которой ангелам места не было. Разве что черным ангелам. До старта ядерных ракет за океаном оставалось меньше часа. Он знал, что чем дальше он уйдет от эпицентров разрывов «Минитмен-3», тем больше его шансы выжить. И… когда-нибудь встретиться с Лерой? Соловьи, мирным пощелкиванием приветствовавшие рассвет, не подозревая, что он является последним, могли бы услышать песенку, которую он напевал. Мелодия принадлежала двадцатому столетию. Неслышен ее шаг, Неведомы черты, Таинственен язык. Но вот пришла любовь, Ее узнаешь ты, Узнаешь в тот же миг. 1997 - 01-2002
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ]
[ Ответить ] |
 |
